- Я без труда достаю верхнюю задвижку, но мисс Лизе пришлось бы подняться на цыпочки.

- Зачем? Зачем ей подниматься на цыпочки? - меня задел отход Холмса на задний план.

- Чтобы закрыть окно. Думаю, когда принц Александр закончил фотографировать небесные светила, он ушел. А мисс Лиза привела в порядок свои записи или что она там вела, захотела закрыть окно. Потеряла равновесие и упала. Кто-нибудь слышал крик? Надо поспрашивать людей.

Тут я вспомнил:

- В три часа ночи я просыпался. Что-то, не знаю точно, что, меня разбудило. Не исключено, что это был крик или шум падения.

- В три пятнадцать, Ватсон, - Холмс встал рядом со мной.

- Возможно. Я лишь мельком взглянул на часы.

- И вы слышали крик, мистер Холмс?

- Нет. Как и доктор Ватсон, я не могу сказать точно, что именно меня разбудило.

- Понятно. Значит, время нам известно, - следователь походил на ученика, успешно решившего у доски первое действие сложной задачи.

- Ваше высочество, - обратился к принцу Холмс, - вы упомянули, что это - верхняя лаборатория. Мне думается, стоит осмотреть и нижнюю. Ведь она есть, нижняя лаборатория?

- Да, - нехотя согласился принц. - Наверное, мы должны ее осмотреть. Отец категорически возражает против проникновения в нее посторонних, но в сложившейся ситуации... - он подошел к стене. - Причуда архитектора, принц утопил декоративный выступ, и часть стены превратилась в невысокую узенькую дверь. - Прошу, господа. Осторожно, винтовая лестница.

Ступени круто уходили вниз, ход едва освещался откуда-то сверху. Становилось все темнее, все глуше.

- Сколько, Ватсон? - спросил Холмс, когда мы отановились на площадке в самом низу.

- Сто шестьдесят четыре ступени, - с давних пор у меня вошло в привычку измерять лестницы.

- Следовательно, мы в подземелье.

В сгустившемся мраке с шипением разгоралась спичка. Принц Петр взял с подставки трехсвечный канделябр.